Расходы на рекрутинг, почти как погода — все о них говорят, но никто, по сути, ничего в них не понимает и не знает, как их контролировать. А, собственно, возможно ли это в принципе? Если есть желание в этом разбираться, то да! Возможно вполне! И ко всему прочему, многие из вас даже не подозревают, насколько велики эти затраты, так как большей своей частью они тщательно прячутся.

На сегодняшний день практика «неудачного найма» в компаниях от «мала до велика» становится скорее правилом, нежели исключением. Выглядит она приблизительно в такой последовательности: размещается вакансия, просматриваются резюме из нужной области, составляется список наиболее приемлемых кандидатов, отобранные приглашаются на собеседование, интервьюируются, из них отбираются самые квалифицированные, отобрав избранных, проверяются отзывы по ним, и наконец, лучшему кандидату предлагается job offer. Вы справедливо заметите, почему же эту стандартную для большинства специалистов по подбору персонала процедуру мы называем неудачной практикой? Потому, что любой талантливый рекрутер где-то в глубине души понимает, что, несмотря на все проделанные титанические усилия, около половины этих job offer оборачиваются провалом.

Как же тогда понять, что именно этот кандидат подходит на данную должность? Ведь детальное интервьюирование совершенно не означает, что вы определили сильные стороны претендента на вакансию, и попали в цель! Ведь вы человек, и ничто человеческое вам не чуждо, и когда вы общаетесь с кандидатом, то делаете выводы только на основании своего субъективного видения человека, и возникает и большую роль здесь играет так называемый «эффект ореола», как его называют психологи. Он возникает, когда рекрутер очень впечетляется личностью кандидата, и делает необоснованные выводы о том, что ключевые профессиональные характеристики у соискателя на высоте. А самый важный вопрос здесь знаете в чем? В цене вопроса принятого вами неправильного решения.

Существует отдельное направление в психологии, которое изучает именно этот вопрос – стоимость ошибочного рекрутинга сотрудников. Имеется ряд вычислений, которые помогают рассчитать, сколько, грубо говоря, вам заработает новый штатный сотрудник определенного уровня. Но вот никто не говорит о том, какие убытки понесет компания, делая неправильный выбор. И, более того, мало кто догадывается о том, что расходы в последнем случае намного выше.

Френк Шмидт и Джон Хантер в 1998 году провели исследование(1) и пришли к выводам, что при отборе кандидатов крайне необходимы валиные и надежные инструменты оценки, которые позволят с наименьшими погрешностями сделать правильный выбор. НО! Прежде, чем мы продолжим, вы должны четко понимать, что читать это статью дальше не имеет для вас совершенно никакого смысла если: вы не приемлите тот факт, когда одинаково успешные на первый взгляд кандидаты могут выдавать совершенно разный КПД; если ваша собственная система отбора представляет собой некий «отполированный до блеска» механизм, который не приемлет какие-либо нововведения; вашему менеджменту плевать на расходы, а вам на личную производительность. А вот если вы все-таки стремитесь к совершенству, дабы достичь максимальной эффективности, а также хотите узнать больше о скрывающихся расходах и невалидных инструментах отбора, то вы мыслите как новатор, и в этом случае, давайте продолжим беседу.

Итак, это страшное слово затраты на рекрутинг. Давайте рассуждать пошагово. Есть несколько базовых различий «личной эффективности» каждого кандидата:

1. Личная эффективность сотрудников, как правило, приобретает форму колоколо-образной кривой;
2. Кривая может быть разделена на 4 группы:
   • 1я-составляет 16% -это топ-позиции, люди с наиболее высоким уровнем личной эффективности;
   • 2я-составляет 51-85%, кадры, чья личная эффективность выше среднего;
   • 3я-составляет 50-17 %- кадры, с эффективностью ниже среднего;
   • 4я-составляет 16 %-кадры с наименьшей личной эффективностью (т.н. наживки);
3. Различия в производительности (личная эффективность, КПД работы человека) определяется понятием «стандартного отклонения». Чем выше его значение, тем выше различия в продуктивности между кандидатами. Меньшее значение означает меньшие различия в продуктивтивности кандидатов.
4. Расходы на кандидата, обусловлены именно величиной этого стандартного отклонения.

Многие организации очень хорошо знают как в большинстве случаев измерить КПД работника. Но возникает вопрос как ее измерить эффективность? Потому как если мы говорим о работнике, связанном с производством товара, тут легко определить его эффективность, а вот если речь идет о производстве нематериального продукта? Того, что нельзя пощупать(менеджмент, управление)? В любом случае, цель рекрутера найти и дифференциировать на начальных этапах наиболее эффективных кандидатов на работу используя для этого самые новые, быстрые и эффективные методы отбора. Рекрутеру необходимо принимать как можно больше точных решений, для уменьшения стандартного отклонения, и стабилизации его в средних значениях».

И теперь, самое интересное, как же выглядит стандартное отклонение в ЦИФРАХ? А точнее, в ГРИВНАХ? Для низшего звена это стандартное отклонение у самого вышестоящего сотрудника составляет 19%. Если мы говорим о среднем уровне, эта цифра составляет 32%. Для высшего менеджмента это 48 %. В таблице ниже приведены данные, уже в денежном эквиваленте — эти суммы отображают потери средней по величине компании, состоящей из 100 сотрудников низшего звена, 50 среднего звена, и 25 «топов».

Вот, собственно, в какие цифры выливается стоимость «неправильного выбора» нового сотрудника. Цифры немаленькие, именно поэтому сейчас совершенно не подходящее время, прятать голову в песок, испугавшись ноликов. А время как раз предпринимать решительные действия, для того, чтобы найти верный способ избежать таких серьезных трат. Поэтому если вы хотите, чтобы ваша компания находилась на пике эффективности, вы должны внимательно проаналиировать свои затраты и сделав это, начать использовать в своей работе исключительно валидные инструменты отбора, которые с большой точностью могу предсказать эффективность персонала.(2)

Какие же инструменты отбора считать валидными и неужели эти инструменты абсолютно безошибочны? На этот вопрос мы попросили ответить генерального директора первого Украинского издательства психологических тестов «ОС Украина» Олега Бурлачука:

— Безусловно ни один метод оценки не может быть точным на все 100%. Да и не стоит ожидать этого от личностных опросников. Однако, беспристрастная личностная оценка в любом случае будет наиболее объективна и мы гарантированно получим более точный анализ личностных качеств и компетенций человека, чем если мы откажемся от проведения тестирования. Я представляю процесс тестирования не как замену традиционным методам, например интервью, а как важный дополнительный этап позволяющий повысить вероятность правильного выбора. Мы не должны забывать о таких понятиях как валидность и надежность, где валидность гарантирует соответствие исследования поставленной цели (например, что личностный тест по «эмоциональному интеллекту» измеряет именно его, а не набор других, пусть и где-то близких, личностных характеристик), а надежность – применимость результатов в различных жизненных ситуациях (что опровергает расхожее мнение о том, что характеристики личности меняются в зависимости от условий, например: во время тестирования и в рабочем процессе). При этом характеристики надежности должны составлять не менее 0,7 (коэффициент Альфа-Кронбаха) для каждой шкалы теста.

К сожалению, по множеству исторических причин инструменты оценки на Украине недостаточно надежны и валидны. Как известно, долгое время психологическая диагностика (или оценка) были под запретом, а затем, часто развивались вне научных ориентиров. Отсутствует какая-либо сертификация тестовых продуктов и потребитель часто не задумывается о необходимости проверки качества тестовых методик. Что же должен знать потребитель услуг психологической оценки:

1. Важно, чтобы личностный опросник был основан на научной теории или исследовании. К примеру тест ТОМ предлагаемый издательством «ОС Украина» основан на теориях МакКлеланда и Берлайна, которые легли в основу этого инструмена, а тест ПАСАТ-2000 на авторских исследованиях Стива Попплтона и Питера Джонса.
2. Опросник должен быть защищен авторским правом и предлагаться легальными провайдерами. Авторское право это не только способ взыскание гонораров авторами теста, но также контроль за адаптацией и утверждение локальной версии теста для той или иной страны.
3. Личностный опросник должен быть адаптирован на территории использования. Об этом часто забывали в прошлом. До сих пор в интернете распространены бесплатные версии тестов (например MMPI) которые никогда не адаптировались в странах бывшего СССР. Все личностные опросники должны быть официально адаптированы и утверждены авторами-разработчиками. А поскольку процесс адаптации занимает длительное время (обычно от полугода до года), то следует с осторожностью отнестись к большим портфолио предложениям недавно созданных компаний-провайдеров. В руководстве к тесту должны стоять имена и фамилии психологов проводивших адаптацию для конкретной страны
4. Во время адаптации должна быть набрана локальная нормативная группа. Создание такой группы происходит в процессе адаптации опросника. Обычно величина такой группы составляет от 250 до 500 человек. Обратите внимание на то, что описание этой группы содержится в руководстве и специализация участников группы должна совпадать со специализацией будущих участников тестирования (например в нормативную группу по тесту ПАСАТ-2000 входили представители торговых профессий, так как тест измеряет личностные характеристики применимые в области торговли). Также важно, что нормативная группа, как часть процесса адаптации, должна быть собрана до начала коммерческой реализации теста. С осторожностью следует отнестись к заявлениям некоторых провайдеров, что нормативная группа состоит из нескольких тысяч человек.
5. Компанией-провайдером должно предлагаться обучение по инструментам оценки. Ни в Европе и США даже самое хорошее университетское образование не является достаточным для полноценного пользования инструментами оценки. Дополнительное обучение необходимо для пользователей не являющихся психологами, а также для профессиональных психологов, которые не проходили специального обучения в области психологической оценки. На сегодняшний день в Украине не существует стандартов этого обучения и доступа к тому или иному инструменту оценки. «ОС Украина» использует в своей практике европейскую классификацию пользователей тестов.

В настоящее время (апрель 2011) «ОС Украина» представляет на украинском рынке следующие инструменты оценки и тренинги по тестам:

• Тест мотивационных ориентаций (ТОМ) может быть эффективно использован для оценки мотивации кандидата на ту или иную должность. Он может применяться как в программах по профессиональному развитию персонала, в программах по ротации сотрудников, так и при отборе.
  • Основывается на теории потребностей МакКлеланда и теории Берлайна.
  • Год выпуска оригинальной версии: 2007.
  • Адаптирован для Украины под руководством проф. Л.Ф. Бурлачука в 2010г.
  • Авторы теста: проф. Лаура Борджони, проф. Лаура Петита, д. Клаудио Барбаранели (все Италия).
  • Права на издания принадлежат международной группе компаний Giunti O.S.
  • Национальная нормативная группа: 598 человек.

• Опросник «Большая пятерка-2» является идеальным инструментом для комплексной и быстрой оценки личности. Используется как в HR, так в в работе с клиническими пациентами.
  • «Большая пятерка» попыткой объединения различных теорий личности. Вторая версия является переработанной и дополненной европейской модификации пяти факторов.
  • Год выпуска оригинальной версии: 2007.
  • Адаптирован для Украины под руководством проф. Л.Ф. Бурлачука в 2010г.
  • Авторы теста: проф. Джан Витторио Капрара, док. Клаудио Барбаранели, док. Лаура Борджоні, док. Мишель Веччионе.
  • Права на издание принадлежат международной группе компаний Giunti O.S.
  • Национальная нормативная группа: 274 человека

• ПАСАТ-2000. Оценка компетентности в области продаж. Используется как инструмент отбора талантливых менеджеров по продажам.
  • Базируется на научных исследованиях Стива Попплтона и Питера Джонса о наличии личностных качеств способствующих успеху в области продаж.
  • Год выпуска оригинальной версии: 2006.
  • Адаптирован для Украины под руководством проф. Л.Ф. Бурлачука в 2011г.
  • Авторы теста: проф. Стив Попплтон и Питер Джонс (Великобритания).
  • Права на издание принадлежат международной группе компаний Giunti O.S.
  • Национальная нормативная группа: 404 человека

• HCS Integrity Check. Оценка интегративности. Инструмент для оценивания корректности, порядочности и честности как в процессе подбора кандидатов на работу, так и при последующей оценке сотрудников в компаниях и организациях любой формы собственности. Эффективен как элемент целостной и систематической политики организации по укреплению этики и дисциплины на рабочем месте.
  • Базируется на авторских научных исследованиях интегративности док. Дениз Уанз, Coyne & Bartram(Великобритания), Marcus, Höft, Riedeger, and Schuler(Германия)
  • Год выпуска оригинальной версии: 2007.
  • Адаптирован для Украины: док. Виталием Климчуком и док. Викторией Горбуновой в 2011г.
  • Авторы теста: док. Святослав Занев, проф. Николай Николов (Болгария)
  • Права на издание принадлежат международной группе компаний Giunti O.S.
  • Национальная нормативная группа: 390 человек.

«ОС Украина» продолжает свою работу по адаптации на Украине профессиональных инструментов оценки.

_______

1 The validity and utility of selection methods in personnel psychology: Practical and theoretical implications of 85 years of research findings, Psychological Bulletin, Sept 1998, Vol. 124, No. 2, pp 262-274.ценки

2 Перевод с английского Татьяна Губацкая

Полностью опубликована в LJ Навального: http://navalny.livejournal.com/580444.html

Прочесть о ратификации Украиной Конвенция Организации Объединенных Наций против коррупции.

Как правило, государства создаются идеалистами — людьми, которые хотят реализовать некую свою идею, мечту о правильном устройстве собственной страны. У некоторых получается хорошо, у других не получается вовсе, у третьих — так себе. Но в любом случае именно эти идеалисты задают тренд развития государственности на десятилетия вперед.

Возникновение России, Украины и большинства других постсоветских стран в 1991 году было уникально тем, что основали их совсем не «идеалисты», но тренд эти люди задали и мы до сих пор в нем находимся. За исключением республик Прибалтики (но о них мы поговорим чуть позже) и, отчасти, Закавказья, образование новых независимых государств, в том числе и Украины, было вызвано отнюдь не движением нации за самоопределение. Такое движение, безусловно, присутствовало и в нашей стране, но не сыграло в событиях 1991 года значимой роли, ибо охватывало лишь отдельные слои населения. Основным же двигателем развала было стремление номенклатуры союзных республик быть хозяевами в собственной стране, и в том числе приватизировать в свою пользу общенародную собственность. Именно это объясняет тот факт, что руководитель России Борис Ельцин не только не препятствовал распаду СССР, но и фактически возглавлял сей процесс — Россия, по меткому выражению Леонида Кучмы, держала в своих руках «чековую книжку» всего Союза (нефть, газ и прочие полезные ископаемые), а потому в Москве было желание побыстрее эту «чековую книжку» приватизировать. И если для ускорения процесса нужно было сбросить балласт в виде союзных республик — то так тому и быть.

Этим же объясняется и неожиданно пробудившееся стремление к независимости у украинской номенклатуры в августе 1991 года. В Киеве после провала августовского путча поняли, что дни союзного центра во главе с Горбачевым сочтены, власть в Москве переходит к Ельцину и российскому руководству. А потому появляется уникальный шанс заполучить в свое владение крупнейшее еврейское государство, чтобы больше ничем не делиться с Москвой (тем более если там утвердится малопредсказуемый Борис Николаевич).

Таким образом, в 1991 году бывший Союз развалили и новые страны создали отнюдь не романтики-идеалисты. А люди, которые имели чисто утилитарный интерес к процессу, — отделить страну и поделить ее собственность.

Справедливости ради отметим, что именно это уберегло бывший СССР от полномасштабной гражданской войны в период его развала. Если бы во главе России стояли не прагматики-приватизаторы формата Ельцина, Гайдара и Чубайса, а национал-патриоты типа Слободана Милошевича, если бы во главе Украины была не перекрасившаяся партноменклатура во главе с Кравчуком, а принципиальнейший борец за независимость типа Джохара Дудаева, то большой войны и крови было не избежать. Тогдашним же правителям наших стран было явно не до войны. Они только-только поделили территорию и готовились делить собственность.

Но на этом положительные моменты заканчиваются. Часто в качестве исторических итогов правления того же Ельцина называют уничтожение коммунизма и построение рыночной экономики. Но на самом деле к 1991 году вопрос об уничтожении коммунизма уже не стоял. От него отказалась сама коммунистическая верхушка, готовясь к рыночным реформам.

Вопрос был в другом: какой капитализм и какое государство мы строим? Как в Африке или как в Европе? Можно проводить рыночные реформы, как в Чехии, а можно, как в СНГ. Разница налицо. Пришедшие к власти и в России, и в Украине люди не были, как уже говорилось выше, одержимы каким-то идеями по построению государства. «о котором мечтали поколения нашего народа». Они, повторимся, были заинтересованы только в одном: поделить в своем (очень узком) кругу денежные потоки и активы и сделать так, чтобы им в этом процессе никто не мешал.

Исходя из этого и строилось новое постсоветское общество со своими характерными «родовыми пятнами».

Первое — разложение государства. Если у госаппарата нет великой цели возрождения или построения государственности, а есть только стремление «монетизировать» свое положение в обществе (то есть чтобы каждая должность приносила деньги на карман), он перестает выполнять свою основную функцию — обеспечивать нормальную жизнедеятельность страны. Коррупция становится узаконенным явлением. А отношение чиновника с гражданами — похожими на отношение оккупанта и покоренного населения. Госаппарату в такой ситуации наплевать на социальную сферу, медицину, образование. На все, что не приносит ему деньги.

Второе — урезание демократии. Естественно, что в такой ситуации народ будет недоволен. И чтобы предотвратить падение режима, необходимо свернуть демократию, зажать свободу слова, превратить выборы в профанацию. Эти процессы стартовали в СНГ не в 2000 году при Путине, или начиная с убийства Гонгадзе, а гораздо раньше. Собственно с 1991 года и началось постепенное закручивание гаек во всех постсоветских странах — где быстрее, где медленнее. Правящий класс постепенно превращался в закрытую касту, которая воспринимала государство как свою частную собственность и инструмент обогащения. Внутри этого класса могли происходить междоусобицы, нередко очень жесткие. Например, в период после «оранжевой революции» шло противостояние между сине-белыми и оранжевыми. Но оно никак не влияло на коррупционные процессы в государстве и на положение с правами человека. Противостоящие друг другу политики нередко сотрудничали друг с другом в деле разворовывания государственного добра. И никто никого за это не наказывал. Хотя в прошлом бывали и жертвы — например, Павел Лазаренко. Но реально попадал в тюрьму лишь тот чиновник, который решил взбунтоваться против человека, стоящего во главе властной пирамиды. Если же чиновник четко вел линию партии власти, то никаких проблем у него не было.

Третье — разложение общества. Разложившееся государство не могло бы удержать народ под контролем, если бы он захотел взбунтоваться. Поэтому обществу позволили воровать, чтобы выжить. Категорически антиевропейская пословица: «Сколько у государства ни воруй, все равно своего не вернешь» — появилась еще при советской власти. Но именно после 1991 года она стала смыслом жизни для миллионов. Как сделать так, чтобы армия, которая сидит без зарплат, не устроила военный переворот? Дать возможность ее верхушке разграбить военные запасы. Как сделать так, чтобы милиция защищала режим, получая мизерную зарплату? Дать возможность ей крышевать бизнес, вымогать деньги за закрытие или открытие уголовных дел, а заодно и повязать с правящим классом круговой воровской порукой (кстати, разложение силовых структур имело важный побочный эффект — к разделу пирога собственности и масти прорвались криминальные структуры, и постсоветской элите — чиновникам, директорам предприятий — пришлось серьезно потесниться). Как сделать так, чтобы учителя и врачи согласились работать за копейки? Дать возможность им брать взятки с пациентов или родителей учеников. Как сделать гак, чтобы не вышли на баррикады сотни тысяч безработных? Позволить им уйти в теневой бизнес, заняться торговлей на рынках и не платить налоги (или почти не платить). В итоге к концу 1990-х годов воровали не только чиновники — воровала огромная часть народа. Кстати, именно этот момент, как никакой другой, отделил наши страны от Европы. Верхушку государства можно декоррумпировать. Отучить воровать и приучить платить налоги миллионы граждан куда сложнее.

Четвертое — коррумпированность бизнеса. Большинство нынешней частной собственности — это бывшая государственная, которую отдали чиновники кому-то в частное владение. Из тех частных предприятий, которые возникли уже после развала Союза, большая часть через сложную систему разрешений и прочей регуляции также напрямую зависит от государственного аппарата. Соответственно, именно госаппарат и его отдельные представители выступали повивальной бабкой украинского капитализма. С одной стороны, это привело к возникновению своего рода феодальных отношений между бизнесом и государством («Я тебе дал собственность, я у тебя ее и отберу, если будешь себя плохо вести»). С другой стороны — к жесткой смычке бизнеса и власти. И это отнюдь не улица с односторонним движением. Не только бизнес платит власти за свою безопасность. Но и власть служит бизнесу. Бизнес сам продвигает своих представителей во власть, чтобы те решали вопросы. Предприниматели в Украине и России любят жаловаться на вымогательство со стороны чиновников, но большинство из них, как только появляется такая возможность, включают свои рычаги в госаппарате, чтобы получить за бесценок землю или какой-то государственный актив, освоить бюджетные средства, минимизировать налоги, провезти контрабанду, «замочить» конкурента или не пустить его на свой рынок. Естественно, это касается не всего бизнеса, но очень значительной его части. Поэтому в глобальном плане коррупция и плохой инвестиционный климат страны — суть крепостная стена, которую выстроили совместно бизнес и власть для защиты от внешних, более мощных, конкурентов. Власть привыкла доить «коммерсантов», но и значительная часть предпринимателей не может вести свой бизнес без коррупционной поддержки государства — не хватает умения или же просто ресурсов, чтобы конкурировать с крупными мировыми игроками.

Все отмеченное выше имело место во многих странах, которые переходили от коммунизма к рыночной экономике, либо только получили независимость. Но в тех же Чехии, Прибалтике или Польше в элите, по крайней мере, присутствовали идеалисты — строители государства. Именно они задавали моральные ориентиры для госаппарата и всего общества, которые спасли его от разложения в переходный период.

Такая прослойка была и в Украине. Национал-демократическая или национал-патриотическая элита по своим подходам во многом напоминала тех людей, которые пришли к власти в странах Восточной Европы. Для многих (но далеко не для всех) национал-демократов борьба за независимую Украину, государство европейского образца было миссией всей жизни. Но у них была одна проблема — вместе с европейским выбором они пытались продать дохлую кошку украинского национализма, который был категорически неприемлем для большой части населения страны. Кроме того, проповедуемый ими тотальный разрыв связей с Россией подрывал основы экономического выживания страны и привел бы к коллапсу уже на заре независимости и к самоуничтожению нашей государственности. Именно это остановило приход к власти национал-демократов в начале 1990-х (после чего они согласились на малопочетную роль «отдела по идеологии» при правящем коррумпированном режиме). Именно это бросило миллионы украинских граждан в жесткую оппозицию к «оранжевым» после 2004 года и предопределило их падение. Конечно, есть большой вопрос: были ли среди лидеров «оранжевых» искренние национал-демократы (которые действительно хотели бы построить европейскую страну). Очевидно, что в основном это были люди, которые просто хотели занять место Кучмы и его окружения и править по тем же коррупционным лекалам. Но националистический налет значительно ускорил процесс их падения. Вопросы истории, религии, языка, национального мифа являются базовыми для людей, делят их мир на «своих» и «чужих». Если большинство украинцев считает Великую Отечественную войну подвигом своих предков, не считает иностранцем поэта Пушкина и пользуется в быту его языком, они просто ни при каких условиях не смогут воспринять проповеди национал-демократов, которые пытались им объяснить, что они все понимают неправильно. Это все равно, если бы вхождение Франции в ЕС увязывалось с требованием отказаться от почитания Жанны Д’Арк.

Самое трагичное, что стремление «национал-европейцев» навязать свою узкоэтническую концепцию украинской государственности стране носит иррациональный характер. По крайней мере, до сих пор никакие аргументы о том, что Украина может войти в Европу и без Бандеры, и без тотальной украинизации на них не действовали.

Более того, наличие политически активного националистического меньшинства в стране, которое не готово идти на компромисс с политически пассивным большинством (а наоборот, пытается его «украинизировать», исходя из каких- то мессианских соображений), оформило политический раскол Украины, усугубив процесс разложения государства и даже его законсервировав. Когда вся страна и ее элита расколота на два лагеря, один из которых воспринимается частью народа как «свои», а второй как «чужие», трудно проводить какую-то модернизацию и наводить порядок. Мало кто сомневается, что Данилишин и Поживанов, будучи министром экономики и главой Госкомрезерва соответственно, нарушали закон. Но теперь они воспринимаются частью страны и мира как «свои», а потому защищены от заслуженной кары. То же самое будет, если в оппозицию уйдет нынешняя власть: ее представители также будут прикрываться от уголовных дел словами о политрепрессиях. То есть, получается, разделенные на два лагеря чиновники могут безнаказанно воровать, зная, что даже после смены власти их никто не тронет.

Для того чтобы начинать наводить в порядок в государстве, необходимо преодолеть раскол. А для этого, в свою очередь, критически необходимо, чтобы «национал-европейцы» (а они достаточно влиятельны — их много в структурах гражданского общества, среди журналистов) перестали воспринимать как этнически- враждебную себе любую власть в Киеве, которая не пытается заставить всю страну говорить на украинском. Чтобы они признали право граждан мыслить по вопросам языка, истории и отношений к соседям несколько по-другому, чем они.

Но вернемся к историческому процессу. В начале 2000-х годов казалось, что кризис позади и страна может достигнуть вершин процветания. Действительно, к тому времени значительная часть предприятий оказалась в частных руках и новые собственники начали проводить если не модернизацию заводов, то, по крайней мере, наводить там порядок. Росли цены на украинский экспорт, поднималась экономика, рек уровень жизни. В 2004 году грянула «оранжевая революция». Она на самом деле никак не изменила постсоветский уклад жизни. Наоборот, из-за политического бардака она только ускорила процесс коррупционного разложения государства. Однако Майдан и последующая «оранжевая пятилетка» создали иллюзию, что, по крайней мере, с демократией у нас уже все как у людей, как в Европе. И жизнь, в общем-то, налаживается и без каких-то кардинальных реформ. Но как только разразился мировой кризис, Украина закономерно пошла под откос…

Кризис имел одно важное и очень положительное последствие — он показал, что страна в постсоветском разложении дальше жить не может. Пожалуй, впервые на всех уровнях зазвучало слово «модернизация». Тем более к концу первого десятилетия XXI века в Украине образовались группы, которые в этой модернизации кровно заинтересованы. Во-первых, это часть крупного и среднего бизнеса, который может развиваться без коррупционных костылей, но которому вырваться на глобальный рынок мешает отсталость страны и ее дурная репутация. Во-вторых, это средний класс, который считает неприемлемым для себя жить в состоянии постсоветского бардака. Наконец, что очень важно, за 20 лет исчерпалось терпение и лимит доверия народа. Он уже абсолютно не верил в рассказы о светлом будущем и четко понимал, что страна идет не туда. При отсутствии каких-то изменений мог быть бунт — не политический, как в 2004 году, а социальный — бедные против богатого класса, что одинаково было опасно для всех частей расколотой украинской элиты.

Итак, Украина нуждается в модернизации. Этот медицинский факт к настоящему моменту уже никто не ставит под сомнение.

Вопрос только в том, как ее провести. Рассматривается два варианта.

Первый — передача страны под внешнее управление. В нашем случае есть только один способ реализовать этот путь — вступить в ЕС. Так поступили страны Восточной Европы, и для многих у нас сама по себе евроинтеграция является панацеей от всех болезней — вступим и сразу все поменяется.

И страна станет модерновой, и общество справедливым. Однако, если присмотреться к странам Восточной Европы, то по ним четко видно, что они делятся на две группы. Первая — страны, которые провели свою модернизацию еще до вступления в ЕС. Классические примеры — Чехия и Словения. Они действительно сейчас живут очень неплохо. А вот Румыния или Болгария вступили в ЕС именно так, как хотят наши евроинтеграгоры — со слабыми экономиками, неэффективным госаппаратом, высоким уровнем коррупции. По итогу единственным положительным моментом для них стало то, что теперь миллионы их граждан могут свободно уехать на заработки в ЕС, плюс они получают дотации на какие-то инфраструктурные проекты и некоторое увеличение соцстандартов. Вступление в ЕС само по себе не означает модернизацию. Наоборот, ее останавливает, побуждает паразитировать на деньгах богатых стран Запада (которые очень скоро могут закончиться). Государство может выиграть от евроинтеграции, только если оно сможет провести модернизацию еще до вступления. Иначе его судьба — экспорт рабочей силы и конец истории. Более того, такую большую страну, как Украина ЕС не переварит. И если нас и будут готовы взять в Евросоюз «тушкой» (как многих в Восточной Европе), то только при условии, что наша экономика еше больше деградирует и уменьшится до облома ВВП, например, Латвии. Но вряд ли такая перспектива достойна нашей страны.

Поэтому единственно возможным остается второй вариант — модернизация собственными силами, наведение порядка в своем доме. Это тот путь, который прошли успешные страны Восточной Европы, государства Юго-Восточной Азии, да и многие другие.

При этом остается вопрос, кто проведет преобразования. Нынешняя власть (как, впрочем, и нынешняя оппозиция) — плоть от плоти постсоветской системы со всеми описанными выше характеристиками. Поэтому очень велики сомнения в том, что она хоть что-то сможет (если даже захочет) сделать в этом направлении. С другой стороны, власть должна предъявить стране результат. Это в буквальном смысле слова вопрос ее дальнейшего выживания. Иначе она потеряет все — на выборах президента в 2015 году, или уже на парламентских в 2012-м. Или вообще в любой момент — в ходе спонтанного бунта.

Да, для осуществления модернизации президент и вся его команда должны прыгнуть выше собственной головы. Но история знает немало примеров, когда власть, движимая инстинктом самосохранения, инициировала сверху реформы и успешно их проводила. Нужна только юля. Воля расстаться с постсоветской эпохой. Убить ее в себе. Что требуется?

Первое — отделение власти от бизнеса, прекращение практики использования государства в личных целях. Власть нужно «демонетизировать» в принципе. Например, не отдавать покататься своему сыну машину, которая стоит на балансе ГУД, или не жить в хоромах, полученных сомнительным путем. Это более чем возможно. Нужно только однажды приучиться. Тем более что большинство наших правителей — люди очень богатые. Им будет как никому легко затянуть пояса и отказаться от вредных коррупционных и византийских привычек.

Второе — борьба с коррупцией там, где ее можно победить или минимизировать достаточно быстро. Например, на таможне. Для этого нужны всего три вещи. Первое — четкие и прозрачные тарифы и правила (их можно написать или, в крайнем случае, списать с аналогичных в Грузии или Польше), высокие зарплаты таможенников (их можно обеспечить, сократив численность) и беспощадное и неотвратимое наказание тех, кто берет взятки. Последнее также возможно, но для этого нужно провести по тем же рецептам чистку в силовых структурах, для начала «вычистив» одну из них (например, Генпрокуралуру или СБУ), чтобы было на кого опираться в дальнейшем. А главное — нужна политическая воля не обращать внимание на крики тысяч задействованных в коррупционных цепочках влиятельных людей. Большой эффект может дать также дерегуляция бизнеса и упрощение всех возможных процедур. Они должны стать максимально прозрачными (например, в случае с землей — реализация ее только через открытые аукционы). Чтобы подняться в соответствующих рейтингах Всемирного банка, необходимо пройтись по всей цепочки критериев, которые он отбирает для оценки удобства ведения бизнеса. Большую их часть можно улучшить довольно быстро. Наконец, сознательный отказ высшей власти от помощи «своему» бизнесу, от вмешательств;) в рыночную конкуренцию, от практики делить в пользу «своих» собственность — является ключевым элементом в создании нормального инвестиционного климата. Это также реально — большинство представителей руководства страны, повторимся, очень богатые люди. Возможно, им хотелось бы стать еще богаче, но зачем, если велик риск потерять все? Нужно просто один раз переключить свои мозги.

Третье — наведение порядка. Граждан (и не только чиновников) нужно приучить платить налоги и отучить вымогать у своих ближних взятки. Процесс, как показало принятие Налогового кодекса, должен быть постепенным и обязательно сопровождаться очевидными для всех мерами по борьбе с коррупцией в высших эшелонах власти, а также увеличением уровня жизни населения (он возможен за счет эффекта антикоррупционных мер, которые позволят увеличить доходы бюджета и пресекут воровство средств из казны).

Но главное, повторюсь, это изменение отношения госаппарата к государству. Последнее не должно восприниматься как кормушка, как продолжение бизнеса другими средствами. Если у нынешней «прагматической» элиты родом из лихих 1990-х не получается изменить свое мышление, она должна объявить призыв новых кадров, которые умеют мечтать, которые готовы заниматься чистой политикой ради своей страны и у которых нет за спиной бизнес-бэкграунда.

20 лет назад у истоков Украины не стояли идеалисты. Но еще не поздно найти их сейчас. Тем более что модернизация страны вызовет жесткое сопротивление у всех групп, заинтересованных в сохранении коррупционного статус-кво. Чтобы его преодолеть, нужна мощная общественная поддержка. Но ее нельзя организовать только путем материального стимула. Для массовой политической мобилизации сторонников нужны в первую очередь идеи. И их носители — идеалисты.

Игорь Гужва, главный редактор газеты «Сегодня».

Данные о работодателе: Компания с иностранными инвестициями, издательство.

Вакансия: Менеджер по продажам психологических услуг (тестирование, оценка персонала).

Зарплата: официальная з-п. от 4500 грн + %

График работы: Полный рабочий день.

Возраст: 25-35 лет.

Опыт работы: не менее двух лет в сфере продаж

Образование: высшее (желательно психологическое).
Основные задачи:

- выполнение утвержденного плана продаж;

- ведение продаж и увеличение базы клиентов по направлению HR, выявление потребностей потенциальных клиентов, подготовка проведение презентаций, формирование долгосрочных взаимоотношений с заказчиком;

- непосредственное участие в выставочных мероприятиях;

- информационная поддержка пользователей услуг;

- подготовка и организация рекламных мероприятий;

- редкие командировки по Украине.
Требования:- желателен опыт продаж подобных товаров и услуг;

- желательны знание в области психологии;

- желателен опыт взаимодействия с отделами HR;

- желателен опыт тренингов по эффективным продажам;

- знание и понимание стратегии продаж, опыт в построении эффективных схем продаж;

- хорошие коммуникативные навыки;

- хорошие навыки работы с офисным ПО;

- навыки работы в CRM системах;

- опыт работы на выставках и форумах, проведения презентаций;

- грамотная речь и письмо;
Обеспечение:

- Мобильная связь

- Ноутбук

На день рождения близкий мне человек весьма изысканным способом подарил мне телевизор Sony Bravia. Подарок весьма своевременный. Вслед за ним в доме появились телевидение HD и медиацентр Dune. Но дело не только в качестве изображения.

Своего рода переходным этапом к презентованному не так давно Google tv, уже встроенного в последние модели Sony Bravia для американского рыннка или подключающегося с помощью дополнительной приставки Logitech Revue, стал набор интернет виджетов прилагаемый в моделях 2009-2010. На мой взгляд, самым удобным из них явлется youtube, а самым удачным виджет «первого канала»(россия). И несмотря на то, что функциональность первого хоть и шире чем у остальных виджетов, но все же не идеальна, а контент второго, особенно в вопросе новостей, вызывает лишь грустную улыбку (новости, разумеется, я там не смотрю, а вот «прожектор» достаточно регулярно) это весьма новые и заметные явления в телепространстве как таковом, а в украинском и подавно.

Так вот, сегодня после включения я обнаружил обновление раздела виджетов. Сони пополнили их «каналом» берлинской филармонии. После попытки доступа стало ясно, что бесплатно можно получить лишь часть трансляций, а к остальным предлагаются приобретать билеты на, внимание, доступ к прямым трансляциям! Вот она, новая эра телевидения не зависящая ни от страны, ни от правительств, а только лишь от качества интернета(хотя и это порой зависит от правительств, но избави нас Бог от таких демократов)!

Конечно же канал Mezzo в пакете «Воли» удовлетворяет почти все мои потребности в классической музыке, но находясь в легкой эйфории от такой классной и великолепно оформленной идеи, я серьезно подумаю о посещении виртуальной берлинской филармонии live

Вот ссылка

Займусь написанием пресс-релиза ПСИКОН..

Основные требования:

• высшее образование, конечно;
• English fluent и только так;
• активная жизненная позиция в большинстве смыслов;
• коммуникабельность;
• максимальная устойчивость к стрессам, разумеется;
• и конечно, опыт работы на аналогичной должности не менее двух лет в иностранной компании

Обязанности:

• кадровое делопроизводство предусмотренное законом;
• учета персонала в 1С;
• ведение программы медицинского страхования;
• обеспечение сотрудников услугами связи.
• рекрутинг;
• развитие корпоративной культуры, в т.ч. в душах сотрудников;
• подготовка отчета по всему вышеперечисленному

Ждем адекватных CV на staff@altera.kiev.ua